Вы вошли как Гость
Группа "Гости"
Четверг, 22.02.2024, 00:18

Список авторов

Статистика

Онлайн: 7
Гостей: 7
Читатели: 0

Книг на сайте: 3469
Комментарии: 28538
Cообщения в ГК: 239

Глава 3. Сайлас

Глава 3. Сайлас

Моя голова болит сильнее, чем когда либо. У меня болит абсолютно все, и руки не перестают дрожать с тех пор, как я проснулся. Моя память обрывается за несколько минут до взрыва — мне сказали, что это была светошумовая граната — да и после него я ничего не могу вспомнить. И это тревожит меня больше всего, больше, чем боль.
Я помню, как вошел в закусочную, увидел Люка и боролся с желанием наброситься на него. Святые угодники, как же он горяч.
«Сосредоточься».
Боль простреливает через мою голову. Я крепко зажмуриваюсь и массажирую виски. И так каждый раз, когда я пытаюсь пробудить воспоминания. И все, что я могу вспомнить, это руку Люка, обнимающую меня. Я помню его улыбку, и что он смотрел на меня так, как я всегда и мечтал, а потом… Нет, он ведь не целовал меня? Я просто все это выдумал. А может и нет…
Нет, этого не могло быть. Дэнверс сказал мне, что Люк затащил меня за прилавок, пытаясь защитить.
Доктор, который осматривал меня раньше, открывает занавеску и входит в мою палату, и я прекращаю мучить свою память.
— Медсестра скоро выпишет вам рецепт обезболивающего и несколько инструкций, но мне бы хотелось, чтобы вы остались на ночь в больнице.
Я качаю головой и тут же зажмуриваюсь. Голова болит все сильнее, а содержимое желудка грозит вырваться наружу:
— Я хочу пойти домой.
— У вас есть кто-нибудь, кто мог бы присмотреть за вами сегодня и заглянуть к вам пару раз завтра? — спрашивает он.
— Да, да, — нет, ну, не совсем, и вообще, я собираюсь выйти на завтрашнее вечернее патрулирование.
Он вздыхает:
— Пожалуйста, позвоните мне или вашему доктору, если вам станет хуже, особенно, если возникнет еще больше провалов в памяти или рвота.
— Вы сказали, что я не помню взрыва, так что нам не о чем волноваться.
Доктор кивает:
— Да, верно. Провалы в памяти вполне свойственны при сотрясении головного мозга. Это продлится еще несколько дней.
Надеюсь, все не обернется для меня возникновением большего количества дыр в моей памяти:
— Хорошо, я дам вам знать, если мое состояние ухудшится.
Он награждает меня строгим взглядом:
— Отдых. Никаких серьезных нагрузок, по крайней мере, неделю. 
«Чертову неделю?».
— Но я…— он пригвоздил меня взглядом, — Да, сэр.
— Вот и хорошо. Вы скоро сможете уйти. Позвоните кому-нибудь, чтобы вас забрали. Вы не должны оставаться один.
Меня отпустят, в лучшем случае, через час, так что у меня еще куча времени. Я пролистываю список контактов. Я мог бы позвонить маме, но не буду. Она с ума сойдет от волнения и попытается уговорить меня уволиться, но кому еще я могу позвонить? Мои братья и сестры переехали довольно далеко, и они бы, в любом случае, рассказали маме. Они бы ничего не посмели утаить от нее. Мой бывший парень-идиот уехал из города полгода назад после того, как я застукал его с его «другом» на диване в гостиной моей бабушки.
Черт. Почему я вообще о нем думаю, и какого черта его номер до сих пор в моем телефоне? Я удаляю его номер, но отвратительные воспоминания остаются. Я чертовски ошибаюсь, постоянно примешивая к простому сексу романтические чувства. Да что со мной не так? Почему я не могу просто быть как другие люди?
Моя голова раскалывается. Я должен послушать доктора и остаться в больнице, но я ненавижу гребаные больницы.
Джейсон мой самый близкий друг, но он на месте преступления. Там, где должен быть я! Есть еще парочка копов, которые могли бы меня забрать, нам и без меня чертовски не хватает людей, да и мне не хочется их беспокоить.
На одну сумасшедшую секунду я думаю позвонить в ресторан и попросить Люка забрать меня. У меня точно сотрясение.
Но он так хорошо ощущался, нависая надо мной.
Черт. Мне правда стоит перестать думать о нем.
Я смотрю на время. Я пробыл здесь довольно долго, и смена Джейсона скоро закончится. Может, он подбросит меня до дома. Дольше я его не задержу. Я просто поставлю будильник, чтобы встать завтра на работу.
Я писал ему сообщение, когда в палату без предупреждения ворвался Дэнверс.
— Джейсон прислал меня проведать тебя, — заявляет он.
— Я в порядке.
Он закатывает глаза:
— Ага, как же.
У меня возникает желание пнуть его, но я сдерживаюсь. Никогда не стоит злить вампира.
— Они оставляют тебя здесь? — спрашивает он.
— Нет, я ухожу домой, — он одаривает меня скептическим взглядом, — Я ненавижу чертовы больницы, ясно?
— Ну, они явно ничего для тебя не делают. Хочешь, подвезу до дома?
На секунду я думаю, что лучше бы отказаться, но это было бы очень невежливо:
— Да, спасибо. Я смогу уйти отсюда, как только мне отдадут рецепт.
— Я подожду тебя в холле.
— Ты не обязан…
— Ты был хорошим другом для Джейсона. И по сей день остаешься им. Так что, да, я обязан.
 
***
 
Дэнверс провожает меня до двери, видимо, беспокоясь, что я могу шлепнуться на тротуар.
— Поставь будильник на тридцать минут, — говорит он, — Если ты лежишь, то не должен спать слишком долго.
Похоже, не видать мне нормально сна, но я знаю, что он прав:
— Я…
— Просто сделай это.
— Да, сэр.
— И даже не думай идти завтра на работу.
«Он что, читает мои мысли?».
— Не пойду, — от его взгляда меня бросает в озноб, — Ладно. Как ты догадался?
— Ты коп, и ты считаешь, что должен что-то доказать всем, так что я не жду, что ты останешься дома и будешь отдыхать. Тебе есть, что рассказать о прошлом вечере?
Я покачал было головой, но вовремя остановил себя:
— Я до сих пор ничего не помню.
— Хорошо, если что-нибудь вспомнишь, дай мне знать, — его тон стал мягче, будто он и правда беспокоился обо мне.
— Конечно.
— Так ты допросил Люка? Или ты не помнишь?
— Я… Я не думаю, что успел. Последнее, что я помню, это то, как представился ему.
— И вы никогда не встречались раньше? — спрашивает Дэнверс.
— Не совсем. Я часто заходил в «У Фокси» на обед. А что?
Он пожимает плечами:
— Просто интересуюсь.
Это было не просто любопытство, но я не стану допытываться, а просто желаю ему доброй ночи. Или, скорее, доброго утра.
 
***
 
Я просыпаюсь от громкого звука. Чертовски громкого. Он у меня в голове? Чтобы скрыться от ярких солнечных лучей, пробивающихся из окна, я закрываю глаза и накрываюсь одеялом с головой. 
Звук не прекращается. Черт, почему он не прекращается? Возможно, стоит принять еще одну таблетку обезболивающего.
— Сайлас! Сайлас, тебе лучше открыть чертову дверь! Иначе я ее выломаю.
Женский голос. Это Натали?
Я с трудом сажусь, а комната начинает вращаться. Черт.
— Сайлас.
Мое имя эхом раздается в моей голове столько раз, что вызывает тошноту.
— Иду!
Наверное. Если повезет. Я медленно спускаю ноги с кровати. Держусь за край тумбочки, пока пытаюсь встать. Мне нужно дойти до двери, но каждый шаг дается мне с трудом. Наконец, я достигаю своей цели и, после недолгой борьбы с замком, открываю дверь.
За ней стоит сестра Джейсона, Натали.
— Я уже собиралась выбить ее, — говорит она, — Оу, ты действительно плохо выглядишь.
Если бы я выглядел так же плохо, как себя чувствую, она бы просто убежала с криками.
Мои ноги подкашиваются, и она подхватывает меня под локоть.
— Давай я тебе помогу, — она, буквально, тащит меня к дивану.
Мой желудок сворачивается в узел. «Держи все в себе. Держи все в себе». Я закрываю глаза и глубоко и размерено дышу.
— Тебе надо в больницу, — говорит она.
— Ни за что.
— То есть ты не отрицаешь этого?
— Да, но я туда не вернусь. Я, блядь, ненавижу больницы.
Натали смеется:
— Я впервые слышу, как ты материшься.
Это все моя мама и ее нет-плохим-словам правилом.
— Я ругаюсь, но меня воспитали джентльменом, — прозвучало неубедительно.
— Удивительно, но мне это нравится, — произносит Натали.
— Спасибо, все обычно относятся ко мне, как к ребенку, поэтому я стараюсь быть вежливым. Я устал от людей, которые пытаются меня исправить. Помочь мне.
— Нас всех иногда нужно исправлять.
Не хочу признавать этого, но она права.
— Полагаю, что сейчас моя жизнь превратилась в полный бардак.
— У тебя сотрясение. После того, что ты пережил, у тебя есть право самому разобраться с этим бардаком.
— И мне это совсем не нравится. Все, чего я хочу, это вернуться на работу.
— Понимаю. Но сейчас единственное, что ты должен делать — отдыхать, считай это своей работой. Моя же работа — приглядывать за тобой и следить, чтобы тебе не стало хуже. Тебе нельзя напрягаться. Если ты перенапряжешься, Джэйсон и Дрю будут очень злы на меня, а мне очень этого не хочется.
Я улыбаюсь, возможно, впервые после выхода из больницы.
— Дрю Дэнверс может кого угодно испугать. Он немного жуткий.
— Он хороший, поверь мне.
Я киваю, и, к моему удивлению, моя голова не раскалывается надвое. Возможно, я буду жить.
—  Значит, Джэйсон прислал тебя? — спрашиваю я.
— Он сказал, что тебе не следует оставаться одному, но ты слишком упрям, чтобы просить у кого-либо помощи. Ты лучше загнешься здесь один.
— Он прав. Я такой. Он говорил тебе что-нибудь о прошлом вечере?
— Немного, и я узнала кое-что из новостей. Мне так нравилась забегаловка Фокси. Надеюсь, они скоро снова откроются. Иначе город лишится лучшей острой курочки в мире.
— Я тоже надеюсь, что у них все наладится. Ты знакома с владельцем?
— С Люком? Не совсем. Видела несколько раз в ресторане, — она замолкает, и я поднимаю голову, чтобы увидеть ее лицо. Она смотрит на меня понимающим взглядом, — Он горяч как ад, не так ли?
— Я не...— на ее лице застыло даже-не-смей-возражать-или-отрицать-очевидное выражение, — Ладно, ты победила. Да, он чертовски горяч, но мне всего лишь нужно поговорить с ним о деле.
— Я уверена, об этом кто-нибудь позаботится. Вместо тебя.
Я киваю:
— Ты права, но дело не только в этом. Просто я ничего не помню о том, что случилось, и это… это пугает меня.
— Я бы тоже была напугана. 
— Когда я вернулся из больницы домой, то пытался дозвониться в «У Фокси», но никто не взял трубку, — я не должен просить ее, но если я хочу поговорить с ним, то у меня нет особого выбора…— Ты не могла бы съездить туда или…
— Уфф, из-за этого у меня могут быть неприятности.
— С Джэйсоном?
— И с Вулфом, — он ее парень, — И с Дрю, или даже с лейтенантом Моррисоном.
— Неважно, — я не должен был просить ее об этом.
Она покачала головой:
— Но я собираюсь съездить туда. Я не собираюсь позволять им говорить, что мне можно делать, а что нельзя.
— Ты уверена?
— Да. Ты заслуживаешь того, чтобы узнать как все было.
— Доктор просил меня не напрягаться, а дать памяти самой вернуться.
— Доктор, — фыркает она. Этот звук очень похож на фырканье оленя, — Ты будешь чувствовать себя намного лучше после того, как узнаешь что произошло.
— Да, думаю, так и будет.
— Так что я должна сказать Люку?
— Попроси его прийти сюда, чтобы поговорить со мной. Сомневаюсь, что он захочет, но…
— Он смотрел на тебя?
— Ну-у, думаю, ему пришлось смотреть на меня, пока он спасал мне жизнь.
— Тогда он придет.
— Как ты можешь быть так уверена в этом.
— Потому что ты сам не осознаешь то, насколько горяч.
Я пытаюсь возразить, но Натали не позволяет мне:
— Мы с Люком скоро вернемся. Попытайся не напрягаться, пока меня нет. У меня и так будет достаточно проблем из-за того, что я помогаю тебе. Кто знает, сколько законов я этим нарушаю. По крайней мере останься в живых.
— Не волнуйся за меня, все не так плохо, как выглядит.
— Ты думаешь, я настолько идиотка, что поверю в это?
Она выходит за дверь быстрее, чем я успеваю ответить.

 
Всего комментариев: 0
Добавлять комментарии могут только зарегистрированные пользователи.
Регистрация | Вход
Вверх