Онлайн: 1
Гостей: 1
Читатели: 0
Книг на сайте: 3614
Комментарии: 28550
Cообщения в ГК: 239
КатегорииАнгелы и демоны Бессмертные, боги Вампиры Магия Мифические существа Наши переводы Оборотни Постапокалипсис Призраки Самиздат Сверхспособности Слэш ЭротикаСписок авторов |
Глава 1
Каталина Леон - Портрет одинокого волка
Волки Блэк Хиллс – 7 Переводчик: Panther Lily Редакторы: Carina Kocharyan и Иришка Котолуп Дизайн русскоязычной обложки: Анастасия Михайлова Переведено совместно группами: https://vk.com/club17727847 и https://vk.com/zolochevskaya_irina Аннотация: Индеец-полукровка, к тому же волк-оборотень, брошенный матерью-подростком и игнорируемый все время пропадающим отцом, Рио Вайя никогда не был как все, не чувствовал себя достойным любви. Но когда он возвращается домой в Блэк Хиллс, то понимает, что хочет свою собственную пару. Сэла Лопез – режиссер-документалист и фотограф дикой природы – приходит в себя после измены бывшего, который создал новую семью у нее за спиной. Она пытается сбежать, чтобы вернуться к нормальной жизни, и арендует дом в Блэк Хиллс, планируя снять фильм о многострадальной популяции волков. Но, глядя через объектив камеры, она не замечает приближающейся опасности. Когда Сэла и Рио встречаются, искры летят во все стороны, страхи и уязвимость всплывают на поверхность. Она не может понять, почему таинственный мистер Вайя так встревожен тем, что о волках Блэк Хиллс снимается документальный фильм. Но когда его тайна раскрыта, ситуация выходит из-под контроля. Сможет ли Рио завоевать доверие Сэлы и успокоить ее страхи? Впустит ли Сэла сексуального и привлекательного волка-оборотня в свое сердце? Глава 1 Глава 2 Глава 3 Глава 4 Глава 5 Глава 6 Глава 1
Спина Сэлы болела от того, что она находилась за рулем с самого рассвета. К тому времени, как она добралась до Лос Лобос, время было уже позднее. Казалось, что полуразвалившийся городишко покинуло все, что она называла торговлей. После быстрого взгляда на главную улицу улетучилась последняя надежда найти ужин в нормальном ресторане. По-видимому, даже летними ночами жители ложились спать с заходом солнца. Потрепанная витрина магазина – офиса бюро недвижимости, в котором она должна была с кем-то встретиться – была темной. Стоявший на углу киоск с мороженным был освещен, но единственный его сотрудник даже не взглянул на нее и продолжил мыть столешницы. Похоже, он тоже закрывался. Ее желудок зарычал в шумном протесте. Похожее на сарай строение в конце так называемого делового района было единственным заведением, проявляющем признаки жизни. Не имея других вариантов, она направила свой Джип на стоянку того, что называлось «Берлога». Она проскользнула на узкое место на краю переулка. Стремясь поскорее выйти, она распахнула дверь со слишком большим энтузиазмом. Резкий, металлический стук предупредил ее о размерах совершенной ошибки. – Дерьмо. – Глубокая царапина на двери громадного пикапа была ясно видна рядом с надписью крупными белыми буквами – Рейнджер Национального Парка Лос Лобос. Менее, чем через три минуты после прибытия, она умудрилась повредить имущество тех самых людей, от которых ей нужна была помощь. Ее знакомство с сообществом Национального Парка было испорчено уже в самом начале. По-хорошему нужно было зайти внутрь и сообщить о несчастье, но до нее донесся вкусный запах жареных колечек лука и захватил все ее чувства. Еда на первом месте. Быть добропорядочным гражданином –– на втором. Нос привел ее к входной двери, и она оказалась в дешевом баре из другого времени. В Лос-Анджелесе такие бары уже не существовали. «Берлога» был достаточно уютным, но казался украшенным таксидермистом из конца семидесятых и ревностно сохранявшимся с тех пор. На задней стене господствовали косматые головы нескольких несчастных буйволов. Возле входной двери, протянув лапы, входивших приветствовали два чучела енотов. Стулья, диваны и даже несколько столов были покрыты винилом темно-зеленого цвета. Несомненно, сидевших на них в жаркий день ожидало липкое страдание. Ее глаза уловили движение. Крепкий мужчина с непроницаемым выражением лица вырос позади барной стойки, словно был частью какого-то фокуса. Высокий, с грудью колесом. На нем был пушистый коричневый свитер, он стоял немного сгорбившись, и все это вместе придавало ему внешность медведя. С хмурым взглядом угрюмый джентльмен сосредоточился на Сэле. – Вы откуда? Песня «Рожден, чтобы быть диким» группы «Степной волк» звучала на максимальной громкости. И, чтобы быть услышанной, ей пришлось прокричать: – Я могу заказать еду на вынос? Папа-медведь с обвисшим лицом, стоявший за прилавком, казался возмущенным. – Честно предупреждаю, мисс. Кухня закрыта, и я уверен, у нас нет того, что вы хотите. Ее почти заглушил громкий щелчок кия, ударившего по шару. – Кроме вас в этом городе все закрыто! Несколько посетителей бросили на нее короткие взгляды и отвернулись. Удачливые ублюдки сидели перед кувшинами с холодным пивом, высокими гамбургерами и картошкой фри или колечками лука. Ее живот неприлично громко заурчал, но она сомневалась, что из-за рева музыки кто-нибудь это услышит. – Что-то так божественно пахнет. Можно, по крайней мере, заказать луковые кольца на вынос? Медведь покачал головой. – Сожалею. Ничего не могу поделать. Фритюрницу уже отключили. – В самом деле? – Покопавшись в сумочке, она подумала принимали ли в этом месте кредитные карточки. – Я готова заплатить немного больше за хлопоты. Угрюмо надув губы, он протер прилавок смятой тряпкой. – После закрытия «Берлога» закрыта для широкой публики. И угадайте, что? Сейчас как раз это время. – О, да ладно! – В ее голосе сквозило отчаяние. Мужчина лет тридцати пяти в красной клетчатой рубашке сел у барной стойки. Он бросил на нее знойный взгляд, наполненный смесью эмоций. Возможно он был зол или в глубокой задумчивости. Она не могла определить. Вспышку пламени в его глазах под задумчивыми черными бровями было невозможно расшифровать. Когда он открыл рот, низкий мрачный голос сержанта по строевой подготовке прогрохотал: – Джи, не будь такой упрямой задницей. Дай леди луковых колец. Тяжело двигающееся волосатое существо за барной стойкой, предположительно по имени Джи, выпятило нижнюю губу и, шутливо капитулируя подняло, руки вверх. – Почему нет? В любом случае, не похоже, что правила моего дома вообще кто-то уважает. Уголком глаза Сэла увидела огромную собаку с серебристой шерстью, которая выскочила из-под стола, мордой толкнула качающуюся дверь и исчезла. – Я только что видела волка? – ахнула Сэла. Джи резко сплюнул. – Волк? Она указала на дверь. – Крупное животное пробежало вон туда. Джи, казалось, не обеспокоило ее заявление. – Надеюсь, что нет. Потому что это наша кухня. Сэла села возле стойки. – Я думаю о волках, вот мне наверное и мерещится. Пожалуйста, можно заказать какую-нибудь еду? Меня, что угодно устроит. – Она с подозрением посмотрела на цилиндрический, неприличного вида предмет, лежащий на тарелке. – Я наверное пожалею о том, что спросила, но что это такое? – Жареные пикули. – Джи хмыкнул. – Специальное блюдо. Не уверен, что у нас что-то осталось. Но если хотите чего-то особенного, вам лучше поискать в другом месте на этой улице. – Палатка с мороженным? Похоже, что они закрываются на ночь. – Взгляд Сэлы переместился на Мистера Трудно-Прочитать. Со второго взгляда она заметила насколько привлекательным он был. Если, конечно, вам нравятся суровые, смуглые мужики. Бахрома густых ресниц смягчала его доминирующие темные глаза, которые некоторым могли показаться пугающими. Эта деталь добавляла ему немного красоты, в противном случае это было бы лицо сурового парня. Он был занят постукиванием по дну перевернутой бутылки с кетчупом. Красный соус капал на блестящую котлету толщиной в три пальца. И вдобавок к ее мучениям он макнул золотистую картошку фри в соблазнительную лужицу кетчупа. Она повернулась к Джи. – Какой-нибудь шанс получить гамбургер? Джи скрестил тяжелые руки на груди. – Я совершенно уверен, что гриль отключили на ночь. Так что клетчатой рубашке достался последний. – Он предложил тарелку, стоявшую на столешнице. – Как насчет холодных жареных пикулей, вместо этого? Ее сердце екнуло. – А поблизости нет продуктового магазина? – Есть, – ответил Джи и фыркнул. – Но пользы вам от этого никакой. Они не откроются до восьми утра. Темноглазый мужчина подвинул к ней свою тарелку. В его глазах читался едва сдерживаемый гнев. – Можете взять это. Потрясенная его жестом и, в тоже время захлебываясь слюной, она покачала головой. – Я не могу взять вашу еду. А как же вы? Качающиеся кухонные двери распахнулись. Мужчина с копной мятых серебристых волос промчался к стойке, по пути пытаясь завязать вокруг талии фартук. – Последний заказ! – Казалось он задыхался. – Кому-нибудь что-то нужно из гриля? – Он указал на Сэлу. – Как насчет вас? Что я могу для вас сделать? Джи выглядел потрясенным. – Черт бы тебя побрал, Клайв. Я почти уговорил ее на пикули. – Не будь брюзгой, – пробормотал Клайв. – Чем скорее леди обслужат, тем быстрее она уедет. Сэла не замедлила с ответом. – Я хочу тоже, что и у него, но я бы взяла луковые колечки вместо картошки, если они у вас есть. – Она сделала паузу. – Подождите. Картошка тоже выглядит ужасно хорошо. – Так и есть. – Повар был краток. – Зачем выбирать? Возьмите оба. Я поделю заказ пятьдесят на пятьдесят. Начну прямо сейчас и в мгновение ока вы снова будете в вашем автомобиле. К ней снова вернулась надежда. – Спасибо. Это будет замечательно. Тяжелые брови повара приподнялись. – Как приготовить вашу котлету мисс…? – Лопез, меня зовут Сэла Лопез. И этим летом я буду жить в графстве Лос Лобос. Я сняла в аренду дом в Gray Paw Mountain. Странно, но все почему-то оживились. Они выглядели немного слишком заинтересованными в том, что она сказала. Такая реакция ее встревожила. Джи сердито на нее посмотрел. – Так это вы арендовали дом? Она поняла, что сейчас подходящее время сменить тему. – Я бы предпочла котлету средней прожарки. Проклятие. Спрашивается, какого черта она объявила кучке странных мужиков, сидящих в баре, что собирается жить одна в доме на краю национального парка? Неумно. – Лопез? – расхохотался Джи. Он казалось развеселился, словно был причастен к самой забавной шутке в мире. – Лопез, значит волк! Вам должна понравиться ирония. – Он толкнул локтем Клетчатую Рубашку. – Рио, ты знал, что ее зовут Лопез? Рио поднял подбородок. – Знал. – Что происходит? – Села была раздражена. – Я что-то пропустила? Что смешного в моем имени? Лопез –– распространенная испанская фамилия. Рио протянул ей руку. – Мисс Лопез, меня зовут Рио Вайя. И вы арендовали дом в Gray Paw Mountain у меня. Вы на несколько часов опоздали, я ждал, что вы приедете до захода солнца. Она с усилием сглотнула. – Извиняюсь. Я очень сильно ошиблась при расчете расстояния до сюда и думала позвонить, когда доберусь до города. Я надеялась, что вы по телефону объясните, куда нужно ехать. Рио покачал головой. – В темноте вы никогда самостоятельно не нашли бы дом. Это не Лос-Анджелес и здесь нет никаких дорожных указателей. Дом спрятан в лесу, и до него нужно добираться по неотмеченной грунтовой дороге. Я поеду впереди и буду указывать путь, а вы последуете за мной. – Минуточку! – В ее голосе появилась паника. Этот парень, хоть и привлекательный парень, тем не менее был мужчиной. А ей определенно такой был не нужен, особенно этим летом, когда она пыталась залечить свои душевные раны. – Мне сказали, что я буду в доме одна. Я не хочу, чтобы сосед по комнате или арендодатель толпились вокруг. – Я не буду вас теснить. – Выразительные брови Рио сошлись и было очевидно, что он обиделся. – Единственное, что мы разделим, это гору. Я буду жить в пяти милях от вас на станции рейнджеров Лос Лобос. Это удовлетворит вашу потребность в уединении? – Да. Его губы приподнялись с оттенком сарказма. – По крайней мере первый вопрос решен. Будем решать проблемы по мере их поступления. – Пардон. Какая-то проблема, о которой я не в курсе? – В электронном письме, пришедшем прошлой ночью, упоминалось, что вы хотите снимать документальный фильм о растущей популяции волков. Просто съемки в этих местах не очень хорошая идея. Если бы я знал о ваших намерениях, я бы отказался сдавать вам свой дом. Она была ошеломлена. – Чтобы сюда добраться, я проехала одиннадцать сотен миль. И этот документальный фильм –– единственная цель моей поездки. Все, что я буду делать, это снимать видео и фотографировать волков за пределами национального парка. Кому я могу причинить вред? Взгляд Рио стал жестким. – Волкам. – Каким образом? Я буду относиться к этому вопросу с уважением. Это не любительская фотоохота, как вы могли подумать. Я планирую расположить к себе волков, завоевать их доверие и сделать портрет каждого, как отдельной личности. Фильм будет как семейный альбом. – Звучит мило. А вам не приходило в голову, что если публиковать фотографии отдельных волков и указывать их точное местоположение за пределами защиты парка, то это может подвергнуть их серьезной опасности? – Кто им может угрожать? – Обозленные скотоводы, браконьеры и разные психи, которые получают наслаждение, обладая шкурами животных. Вы хоть представляете, сколько придурков захочет похвастаться тем, что они застрелили старушку Белые Носки и ее щенков или как вы там окрестите волков? Много. Печально то, что их никогда не привлекут к ответственности. Если они заявят, что почувствовали угрозу, то у них было право стрелять. На частных землях волки не защищены. – Не согласна. Я планирую привлечь положительное внимание к популяции волков Лос Лобос. В конце концов, чем больше людей знает о проблеме, тем в большей безопасности будут волки. Его руки сжались в кулаки. – Не обижайтесь, мисс Лопез, но вы только что приехали из Лос-Анджелеса. И не можете в полной мере осознать насколько сложна наша ситуация. – У меня есть Джип, припаркованный сзади и наполненный киноаппаратурой. Я потратила последние восемь месяцев своей жизни, проводя серьезное исследование волков. И почти все свои сбережения на этот проект. Мне нужна эта работа, так что пожалуйста, не оскорбляйте меня, говоря что я не отнеслась к этому серьезно. Рио встал, демонстрируя мощное телосложение. Он подошел так близко, что ей пришлось задрать подбородок. – Я могу вернуть вам депозит. И я не обязан сдавать вам дом в аренду. – Можете, конечно, но меня это не остановит. Я что-нибудь придумаю. – Она пристально посмотрела на Рио. Он ответил ей таким же острым, еще более провоцирующим взглядом и раздул ноздри. Она почувствовала, что ей бросили открытый вызов и стояла на своем, приказав себе даже не моргать. Он навис над ней на таком близком расстоянии, что она почувствовала тепло его дыхания на своей щеке. Наконец, он прекратил выводить ее из себя взглядом и отвернулся. – Должен отдать вам должное, вы действительно решительно настроены. Мисс Лопез, можете принять полезный совет? Ее напугало короткое, но очень напряженное мини-противостояние. – Конечно. – Мой вам совет – примите его. Вы попадете в неприятности и понесете убытки из-за себя самой. Расскажите мне, что вы планируете делать, и в пределах разумного я вам помогу, потому что знаю популяцию волков в Лос Лобос. Просто в отношении этой группы есть вещи, которые вы можете или не можете делать. И если я говорю вам что-то не делать, то ожидаю, что вы с уважением отнесетесь к установленным границам. Она ощетинилась. – Я всегда действую осторожно. Это не хобби, это то, чем я занимаюсь. Я сняла и выпустила шесть документальных фильмов о дикой природе для каналов общественного вещания. Признаю, я больше знакома с Центральной и Южной Америкой. Но я на собственном опыте узнала, как иметь дело с деликатными вопросами и местной политикой. Я впервые работаю в Южной Дакоте, но если серьезно, чем так сильно отличается ситуация в Лос Лобос? Джи, похожий на гризли, вставшего на дыбы на задних лапах, перегнулся через стойку в очевидной попытке подслушать. – Тебе обязательно стоять так близко? – Рио бросил на Джи испепеляющий взгляд. – Мы можем остаться наедине – пожалуйста? – Ты попал в ситуацию, которая тебе не по зубам. – Шумно выдохнув, Джи побрел прочь. Рио обнял Сэлу рукой. Суровая линия его рта смягчилась. – Дом построен на священной земле, которую я унаследовал от моей бабушки. Она была чистокровная Чероки. Вайя, на языке Чероки, означает волк. Семья бабушки всегда имела особую духовную связь с волками. Пронзительный блеск в его глазах предупредил ее, что он не был тем мужчиной, на которого можно не обращать внимание. – Вы имеете в виду волков из мифологии Чероки? – Нет. Я имею в виду семейные предания. Вайя в течение длительного времени совершали свои собственные обряды. Она напряженно вдохнула. – Думаю, я понимаю. Вы беспокоитесь, что я буду непочтительна к вашим предкам или сделаю что-то кощунственное с волками и запишу все на пленку? – Ээ. – Казалось, он был в недоумении. – Что-то вроде того. – Тогда, пожалуйста, скажите мне, что конкретно я не должна делать. – Я бы попросил вас уехать из Лос Лобос. Вовсе не снимать волков, но не думаю, что сейчас вы меня послушаете. Она покачала головой. – Вы правы. Я не уйду. Потому что это мое призвание. Если вы мне откажете, то я арендую другой дом или где-нибудь еще разобью лагерь. – У меня было предчувствие, что вы это скажете. Глядя прямо на Рио, она заметила, что его глаза оказались гораздо более теплого оттенка коричневого, чем показалось на первый взгляд. – Вы не должны беспокоиться. Я буду с уважением относиться к вашему дому, а к волкам так, словно они члены моей собственной семьи. Он тут же отвел взгляд. – Полагаю, мы можем попробовать. – Средней прожарки. – Джи поставил перед Сэлой дымящийся гамбургер, погребенный под грудой картофеля фри и луковых колечек. Все на тарелке выглядело очень вкусно. – Спасибо. Но мне казалось, я заказывала это на вынос? – Останьтесь ненадолго. Наслаждайтесь едой. – Джи бросил Рио тошнотворно сладкую улыбочку. – Л.А. дала тебе отпор. Она мне нравится. Складка между бровей стала глубже. – Джи, никто не спрашивал твоего мнения. Она осторожно взяла горсть раскаленной картошки фри и переправила ее на тарелку Рио. Казалось, он был в недоумении. – Зачем? – Пытаюсь вас задобрить. – Она подумала о том, как он выглядел, когда улыбается. – Уверена, что ваша уже остыла. Рио взял один из предложенных кусочков и поднес к губам, нисколько не беспокоясь, что сейчас сильно обожжется. На самом деле, он хотел почувствовать боль. Лучше сейчас получить наказание, чем страдать от невыносимой боли, после того как совершил глупость в виде заигрывания с Сэлой Лопез. Что абсолютно, категорически не могло случиться. В его глазах она была сногсшибательно красива с убийственными изгибами. И так же с большим количеством нахальства. Она не отступила ни на дюйм от его самого испепеляющего Я-Просто-Поставлю-Тебя-На-Место взгляда. Но кроме этого кое-что еще застало его врасплох. Ее запах. Одно дуновение ее тонкого, женственного аромата заставило его кровь закипеть. Ну и дела, во что он вляпался? По тону ее электронного письма с просьбой арендовать дом он пришел к ложному выводу, что мисс Лопез была сухарем – академическим сотрудником, собиравшем данные о популяции волков Лос Лобос. Вместо этого появилась соблазнительная латиноамериканка с задом, от которого хотелось укусить кулак и заскулить. Это была деликатная ситуация. Без сомнений мисс Лопез нужно было незаметно отговорить от выполнения ее задачи. Он должен как можно скорее направить ее так, чтобы она что-то делала, не думая о других возможностях. Статистика и графики – это одно, а полномасштабный, высокого качества документальный фильм в сочетании с возможностью разоблачения «семейного секрета», совсем другое. И общение с Сэлой не будет легким делом. Так что скорее всего, он уже облажался. Он укусил картошку. Внутренняя температура была вулканической. Мгновенно на нежной коже внутри губы появился ожог. – Горячо, горячо, горячо! – Он наклонился вперед, позволяя картошке выскользнуть изо рта на тарелку. Таким же образом ребенок с отвращением выплюнет вареную брюссельскую капусту. Когда он поднял голову, то к своему ужасу увидел, что она смеется. Она приложила бумажную салфетку ко рту. – Простите. – Она снова захихикала. – Вы скорчили самую лучшую рожицу! – Сжав губы, она казалось пыталась задержать дыхание, чтобы сдержать свое веселье, но снова взорвалась смехом. – Я пыталась быть любезной, поделившись своей картошкой. Но похоже убиваю вас своей добротой. Он смотрел на нее, как зачарованный. Сэла была такой хорошенькой с ослепительной улыбкой и крошечными ямочками на щеках. Ее темные глаза сверкнули. – Я могла бы вас простить. Она провела ладонью по его руке и остановилась, продлевая прикосновение. – Давайте начнем все с начала, хорошо? Я хочу быть вашим другом. И в следующий раз сначала дуйте на жаренную картошку. Он замер. Ее неожиданный жест был таким невинным и в то же самое время так сильно на него повлиял. Безошибочная сила притяжения в сочетании с желанием убежать переполнили его. Воцарился момент замешательства, от которого, казалось, сердце остановилось. Она заметила, что он смотрит на ее пальцы и отдернула руку. С нескрываемым удовольствием она взяла свой гамбургер и укусила. – О! – пробормотала она. – Как хорошо. – На ее лице появилось восторженное выражение, и она облизнула верхнюю губу. На мгновение он позавидовал гамбургеру. – Как далеко находится дом? – Из-за заполнившей рот еды, слова прозвучали невнятно. – Около десяти миль, но дорога – разбитая грунтовка. И нам придется пересечь несколько промоин. – Простите, что так поздно добралась до города и испортила ваш вечер. Если бы я поняла, что заставила вас ждать так долго, я бы сняла комнату в отеле и позвонила вам утром. Картинка, как Сэла открывает дверь комнаты отеля или, да помогут ему небеса, приглашает его внутрь, поразила его воображение. Он умирал от желания обнять ее за талию и притянуть к себе поближе. В целом идея была возбуждающей и слегка запретной, потому что Сэла была чужаком. Здравый смысл диктовал, что чужаком она и должна была оставаться. Жаль. Потому что ему понравился ее запах, и он нашел ее чертовски привлекательной. – Похоже, ехать довольно далеко. Но утром мне все же придется вернуться в город за продуктами. Он покачал головой. – Я оставил в доме некоторые необходимые вещи, кофе, бумажные изделия, овсянку… В морозильнике полно оленины и дичи, все упаковано и отмечено. Можете всем пользоваться. – Спасибо. – Она посмотрела на его нетронутую еду. – Вы не собираетесь есть? Он боялся признаться, что его желудок танцевал нервное танго от того, что он был вынужден так близко сидеть с красивой женщиной. Он целую вечность не испытывал возбуждения по отношению к кому-то. И еще дольше, с тех пор как угощал себя любовницей. Определенно, ему была нужна какая-нибудь женщина. Чем скорее он будет подальше от Сэлы, тем лучше для него. – Я не голоден. Возьму ее в одноразовом контейнере. Джи неуклюже двигался за прилавком. Взгляд исподтишка сделал очевидным, что он слушал. – Что такое с тобой, Рио? Ты пришел сюда злой и голодный. А сейчас не хочешь мой новый, значительно улучшенный гамбургер? – В его груди прогрохотало низкое рычание. – Думаю, что некоторых людей это не обрадует. Сэла положила недоеденный гамбургер на тарелку. – Я действительно разрушила ваш вечер, да? Чувствую себя ужасно. Пожалуй, я тоже возьму одноразовый контейнер. – Она помахала Джи и встала. – Счет пожалуйста, мой и его. Теперь он почувствовал себя ужасно из-за того, что заставил ее спешить. – Нам не нужно уходить прямо сейчас. Сядьте, – приказал он. – Нет. Я и так потратила ваше время. Без всякой задней мысли он осторожно потянул ее за рукав. – Не торопитесь из-за меня. Она освободилась из его легчайшей хватки. – Я устала, и вероятно нам лучше уйти. Давайте с этим покончим. Он хотел выпить пива, но торчать в баре означало лезть на рожон, потому что он мог сказать или сделать что-то неправильное перед Сэлой. Проклятье, ну почему это должно было быть именно так? Сэла была тем типом женщины, который ему очень нравился. Ему не нужно было превращаться у нее на глазах или объяснять истинное положение дел. Он знал, что можно, а что нельзя, так как потратил целую жизнь, защищая секрет своей стаи. Поэтому он всегда что-то рассказывал любовницам из внешнего мира, но не слишком много. И никогда не мог позволить себе глубокой близости. Разоблачение не было его другом. Из-за службы в армии в спецподразделении Рейнджеров ему пришлось постоянно ездить по командировкам. Плюс к этому он был оборотнем, так что осесть где-то с понимающей его женщиной было практически невозможно. Ему было тридцать четыре, и он уже давно пропустил тот возраст, когда мужчины в стае брали себе пару. Он потянулся к своей кожаной куртке и сунул руки в рукава. – Поехали. Сэла рассмотрела эмблему Рэйнджер Лос Лобос на рукаве Рио и вспомнила, что поцарапала его грузовик. Сейчас было самое подходящее время что-нибудь сказать, но вместо этого она молча смотрела. Черт, он очень хорошо выглядел в коже. Широкоплечий и крепкий, как кирпичный дом. И к тому же у него было интересное лицо. В глубине его глаз было много чего. Она быстро напомнила себе, что лето в Графстве Лос Лобос было посвящено бедственному положению волков, в то время как она приходит в себя после сверх-дерьмового развода с ее бывшим, Мэттом. Мэтт бросил ее ради другой, потому что в это время они уже ждали ребенка. Из-за инцидента она заболела, испытывая зависть. Жизнь была несправедлива. Она работала, как собака, строя будущее. А потом несколько дерьмовых текстовых сообщений доказали, что все, что она считала крепким и надежным, вдруг ускользнуло из ее рук. Нам нужно поговорить. Я не могу больше этого делать. Я не подходящий для тебя мужчина. На самом деле Мэтт возможно никогда и не был надежным. С самого начала у него были бегающие глаза. Многие недели, проведенные порознь на съемках, так же не помогали. Надежной всегда была она. Но, черт побери, она его любила. Сейчас ее сбережения и достоинство были под угрозой. В следующем сентябре она должна была показаться в ЛА с готовым отснятым материалом о волках, в паре с планом успешной его продажи. Ее преследовало усиливающееся чувство отчаяния, из-за того сработает ли этот проект. Потому что придумать план Б было уже поздно. Джи передал ей счет вместе с двумя контейнерами на вынос. Положив на стойку двадцатку, что было довольно много, она переложила то, что осталось от ее гамбургера и картошки фри в коробку. Рио сделал тоже самое со своей не съеденной едой. Она в тишине вышла из Берлоги вслед за Рио. На улице была уже ночь. Для позднего мая по стандартам Лос-Анджелеса было холодно. Она пожалела, что ее пальто было похоронено на заднем сидении под тонной оборудования и чехлов с камерами. Она вздрогнула. – Брр. – Ха!– поиздевался над ней Рио. – Вам холодно? Разве это холодно. – Я провела много дней ближе к экватору, и я мерзлячка. Последний раз съемки были в Гондурасе, и я изнемогала от зноя. – Вы приспособитесь. Знаю это из первых рук, так как шесть раз побывал на Аравийском полуострове. Человек привыкает к чему угодно. – Он скинул пиджак со своих плеч и галантным жестом предложил ей. – Оденьте это. Для нее это было такое искушение. Столько лет прошло с тех пор, когда красивый мужчина вел себя с ней так непринужденно. Она устремилась к куртке, ощущая привлекательное тепло его тела, оставшееся в мягкой коже, но остановилась. Что-то в этом предложении было слишком интимным. Если она позволит Рио ее отвлечь, то на самом деле сможет сорвать ее планы. – Нет, спасибо. Я воспользуюсь обогревателем в Джипе. Его слабую улыбку стерло разочарование. Он забрал куртку обратно и закинул на плечо. Когда они добрались до аллеи, он остановился возле грузовика, чтобы открыть водительскую дверь. – Я дам вам кое-что, для того чтобы вам было легче ориентироваться. – Он потянулся через сидение и взял карту, фонарик и небольшой футляр. С нечистой совестью она посмотрела на повреждение, теперь хорошо заметное под светом неоновой вывески. – Я поцарапала вашу машину. – Зачем? – В каком смысле – зачем? Это было случайно. Я не специально. Он осмотрел повреждение. – Не беспокойтесь. Из-под колес вылетает гравий и на грузовиках остаются вмятины. – Вы такой спокойный. Я боялась, что вы превратитесь в разъяренного шершня. – Вы сделали это не предумышленно, так с какой стати мне злиться? Плечи Сэлы расслабились. Мэтт из-за поцарапанной краски мог бы надолго выйти из себя. Рио вручил ей сложенную карту и щелкнул фонарик, освещая ее. – Держите это в своем Джипе, до тех пор, пока не будете уверены, что запомнили дорогу. – Он провел пальцем по выделенному желтым маршруту. – Это самый надежный путь. Gray Paw Mountain – это перекресток десятка тропинок и противопожарных просек. Половину из них смыло после сильного дождя. Повернете не туда и легко потеряетесь. На каждом перекрестке я установил шесты с клочком оранжевой ткани, так что в дневное время вы найдете куда ехать. – Спасибо. Уверена, что в первые пару поездок маркеры мне понадобятся. Он передал ей маленькую сумку на молнии с ремнем. – Берите это с собой в Джип. Это РП. Хочу, чтобы у вас была экстренная связь со станцией рейнджеров. Она взяла ремень. – А что такое РП? – Ручной передатчик. Двухстороннее радио. – В смысле, это рация? – Да. Знаете, как ею пользоваться? – Обычно я брала такую с собой в джунгли. Не уверена, что она здесь пригодится, просто не знаю, с кем бы я могла поговорить. – Вы можете поговорить со мной. От нервной дрожи у нее перехватило дыхание. Она реагировала как школьница, и это не могло быть хорошо для ее планов, согласно которым она должна была провести много времени в изоляции от мужчин. Чтобы привести мысли в порядок. – Если мне понадобится помощь, я позвоню. – Хорошо. Я поеду впереди. – Пожав плечами, он сунул руки в карманы куртки. – Нам нужно ехать. Впереди тяжелая дорога. Всего комментариев: 0
|